Росатом – партнер
ЭКСПО-2017

Глава международного подразделения Росатома: АЭС — далеко не все, что мы реализуем в мире

Госкорпорация «Росатом» на тематической «Атомной неделе» в рамках международной выставки «Астана ЭКСПО-2017» представила зарубежным партнерам неядерные технологии — объекты генерации электроэнергии, работающие на основе возобновляемой энергии, и ряд неэнергетических продуктов, касающихся медицины, сельского хозяйства и информационных технологий.

Президент компании «Русатом — международная сеть», подразделения Росатома, отвечающего за расширение присутствия госкорпорации за рубежом, Александр Мертен рассказал в интервью ТАСС о преимуществах неядерных продуктов Росатома и о планах по строительству объектов возобновляемых источников энергии (ВИЭ).

— Александр Александрович, Росатом в рамках атомной тематической недели на «Астана ЭКСПО-2017» большое внимание уделил презентации своих неядерных продуктов. Почему госкорпорация уделяет большое внимание этому направлению деятельности?

— Наш основной продукт — строительство и эксплуатация атомных электростанций (АЭС) — всем хорошо известен. Здесь Росатом прочно занимает лидерские позиции на мировом рынке. В рамках «Атомной недели» мы также представили наши неядерные и неэнергетические продукты.

В контур госкорпорации «Росатом» входит машиностроительный дивизион — холдинг «Атомэнергомаш», который производит оборудование как для атомной, так и для неядерной промышленности, например для газонефтехимии и тепловой энергетики. В Росатоме есть также инжиниринговый дивизион — группа компаний АSE, который занимается инжинирингом как строительства атомных станций, так и любых сложных инженерных объектов. Ими разработана и апробирована технология Multi D, которая позволяет в виртуальном режиме контролировать проектирование, закупки, сроки строительства и исполнение бюджетов сложных инженерных объектов в различных отраслях промышленности. В структуре Росатома есть подразделения, которые применяют ядерные технологии в медицине и сельском хозяйстве, занимаются развитием возобновляемой энергетики.

Сейчас мы видим большой интерес в мире к развитию ветроэнергетики. Нам есть что рассказать и по этому направлению. Росатом, выиграв конкурсы на строительство в России до 2024 года ветропарков общей мощностью 970 МВт, становится в нашей стране лидером в развитии ветрогенерации.

Венгерским предприятием «Атомэнергомаша» — Ganz Engineering and Energetics Machinery (Ganz EEM) — разработана установка мини-ГЭС в контейнере. Уже заключен первый контракт на ее установку.

— Какие направления развития сотрудничества с Казахстаном вы видите в настоящее время?

— Сотрудничество с Казахстаном у нас уже давно успешно развивается. Уже много лет мы с нашими партнерами — компанией «Казатомпром» — работаем на территории Казахстана. Работают пять совместных предприятий, которые добывают уран методом подземного выщелачивания. Причем показатели себестоимости добычи — одни из самых низких в мире. Также мы сотрудничаем и в проекте по созданию в Казахстане банка низкообогащенного урана. Кроме того, «Казатомпром» является нашим соакционером Центра обогащения урана, созданного в России на базе производственной площадки крупнейшего в мире предприятия по обогащению урана — Уральского электрохимического комбината (УЭХК).

Мы видим интерес со стороны Казахстана в создании центров по облучению сельскохозяйственной продукции, соответствующее соглашение с группой компаний Antares было подписано в рамках «Атомэкспо-2017», состоявшегося в июне в Москве. Есть интерес к ядерной медицине, к оборудованию для газонефтехимии, к строительству в стране ветропарков и мини-ГЭС.

Мы относимся к Казахстану как к одному из основных партнеров. У нас единая таможенная территория, и с экономической точки зрения наше сотрудничество может быть достаточно интересным и взаимовыгодным.

— Могли бы вы подробнее рассказать о перспективах сотрудничества с Казахстаном в вопросе развития генерации на основе возобновляемых источников энергии?

— Руководством Казахстана принят план по развитию возобновляемых источников энергии и увеличению их доли в энергобалансе страны к 2050 году до 50%. В стране есть все предпосылки для развития ВИЭ: более выгодные тарифы на электроэнергию, генерируемую возобновляемыми источниками энергии, — как ветроэнергетики, так и гидроэнергетики, есть и климатические условия для этого. На юге Казахстана есть хорошие водные ресурсы, горные реки, где как раз наши мини-ГЭС могут очень хорошо и эффективно использоваться.

Развитие ВИЭ-генерации позитивно влияет на снижение выбросов парниковых газов в атмосферу, но надо развивать и более стабильную генерацию, которая независимо от погодных условий могла бы обеспечить устойчивым энергоснабжением население и предприятия страны. Очень хорошо, что Казахстан собирается развивать в стране безуглеродную энергетику в рамках реализации Парижских соглашений, предусматривающих снижение выбросов СО2, было бы логично развивать и атомную энергетику, которая сможет обеспечить базовую генерацию.

Мы с нашими казахстанскими партнерами достаточно долго обсуждаем возможность строительства в Казахстане атомной станции. В 2018 году в Казахстане будет принята стратегия по данному вопросу. Мы надеемся, что в итоге Казахстан решится на развитие атомной энергетики и промышленности, тем более что для этого есть все предпосылки: собственная база по добыче урана, Ульбинский металлургический завод — комплекс по производству урановой продукции, участие в Центре обогащения урана. Мы, в свою очередь, готовы предложить им наши новые технологии в строительстве и эксплуатации АЭС. Вы знаете, что в России уже введены в промышленную эксплуатацию единственный в мире энергоблок поколения 3+ на Нововоронежской АЭС, энергоблоки на быстрых нейтронах, реализуется проект «Прорыв», который позволит сделать топливный цикл замкнутым. Я думаю, что наши новые технологии могут быть интересны в том числе и Казахстану, учитывая, что первый реактор на быстрых нейтронах был построен и работал в Казахстане, в Актау, обеспечивая при этом целый город пресной водой.

Призывая к развитию атомной энергетики, мы ни в коем случае не противопоставляем атомную энергетику возобновляемым источникам энергии, в противном случае Росатом не строил бы ветропарки. Мы говорим о том, что это дополняющие друг друга составляющие безуглеродной энергетики.

— Какие еще страны интересны Росатому в вопросе развития ветроэнергетики?

— Мы работаем по всему миру, в области неядерной продукции мы открыты для сотрудничества со всеми странами. Строительство ветропарков возможно в любой стране, где для этого есть предпосылки и наличие свободной территории. Приведу пример: чтобы построить энергоблок атомной станции мощностью 1200 МВт, нужен 1 квадратный километр, для ветропарков такой же мощности понадобится территория, сопоставимая с площадью города Брюсселя, а для солнечной станции мощностью 1200 МВт нужна территория всей Андорры.

На «Атомэкспо-2017» мы подписали рамочные соглашения о сотрудничестве с рядом стран, в том числе и в области ветрогенерации. Если они решат строить ветропарки, мы будем принимать участие в тендерах. Конечно, этим не ограничиваются наши планы по развитию сотрудничества. Мы всегда предлагаем партнерам наш основной продукт — строительство АЭС.

— Как развивается сотрудничество Росатома с Вьетнамом, который принял решение о свертывании ядерной программы и заморозке строительства АЭС? Может ли это стать поводом для более активного развития сотрудничества в вопросе строительства объектов ВИЭ в этой стране?

— Мы с уважением относимся к решению, принятому руководством Вьетнама. И готовы к возобновлению диалога, как только правительство страны примет такое решение.

В то же время атомные станции — это далеко не все, что Росатом реализует на мировом рынке. На данном этапе мы развиваем сотрудничество в области сооружения Центра ядерной науки и технологий во Вьетнаме, в соответствии с соглашением о сотрудничестве, подписанном в 2011 году. Меморандум о взаимопонимании по плану реализации этого проекта подписан 29 июня в Москве. После утверждения предварительного технико-экономического обоснования проекта правительством Вьетнама будут проводиться консультации по условиям финансирования проекта. Кроме того, предполагается разработать план дальнейшего сотрудничества в области развития ядерной инфраструктуры Вьетнама. Также при нашем участии в стране создан Информационный центр по атомной энергетике, задачей которого является просвещение в области атомной энергетики и ядерных технологий, популяризация технического образования. Надеемся, что эта работа в том числе будет основной для того, чтобы Вьетнам когда-то вернулся к вопросу необходимости строительства атомной станции.

— Есть понимание, когда Росатом может начать строить ветропарки за рубежом?

— В настоящее время мы заняты организацией производства турбин для ветропарков вместе с нашим партнером — голландской компанией Lagerwey. До 2020 года мы должны ввести в Адыгее и Краснодарском крае ветропарк мощностью 610 МВт, до 2024 года — еще 360 МВт в Адыгее, Краснодарском крае и Курганской области. Нам абсолютно ничего не мешает расширять рынки присутствия, договариваться о выходе с этим продуктом за рубеж. Но сначала было бы целесообразно получить у себя соответствующие референции, как мы это делаем в атомной энергетике.

Сейчас зарубежные страны проявляют большой интерес к ветроэнергетике, в том числе и Казахстан. Я не исключаю, что мы сможем вести переговоры по строительству ветропарков за рубежом параллельно со строительством ветроустановок в России.

— В конце прошлого года структура Росатома заключила первый контракт на поставку и установку мини-ГЭС в Грузию. Когда контракт будет выполнен?

— В настоящее время выполнение этого контракта зависит не только от нас, но и от наших клиентов. В соответствии с договором они должны были провести гидрогеологию, выбрать площадку, которая необходима для установки мини-ГЭС. Как только эти мероприятия будут проведены, мы сможем разместить установку.

Вообще интерес к этому продукту достаточно большой, причем практически во всех странах мира. Сейчас ведутся активные переговоры о поставках в Юго-Восточную Азию, в Африку. Активно работаем по этому вопросу и с Казахстаном. Появляются компании, которые хотели бы стать дистрибьюторами нашей продукции — у нас уже подписано стратегическое соглашение с южноафриканской компанией. Самое главное — мини-ГЭС в силу малой мощности не предусматривают строительство плотины и глобальных сооружений и относятся к «зеленой» энергетике.

— Какой объем зарубежных заказов на десять лет вперед планирует получить Росатом по итогам 2017 года?

— Напомню, что по итогам 2016 года десятилетний портфель зарубежных заказов составил более 133 млрд долларов. Каждый год перед нами стоит амбициозная задача — увеличивать объемы долгосрочного портфеля заказов. Генеральный директор госкорпорации Росатом Алексей Евгеньевич Лихачев уже говорил ранее, что в 2017 году Росатом ожидает роста портфеля зарубежных заказов на 5,3% — до $140 млрд.

Портфель растет за счет новых клиентов, новых заказов, в том числе и за счет реализации на мировом рынке новых продуктов. Надо отметить, что зарубежные компании проявляют интерес к нашим технологиям строительства АЭС — мы единственные в мире ввели в эксплуатацию энергоблок поколения 3+, который полностью соответствует повышенным требованиям МАГАТЭ в результате «постфукусимских» событий. У конкурентов такого продукта нет, а клиенты заинтересованы в строительстве энергоблока с самыми современными характеристиками в области экономики и безопасности.

— Есть в «Русатом — международная сеть» планы по расширению сети международного присутствия?

— Сегодня в мире работают 11 региональных центров, которые в совокупности представляют собой отраслевой комплекс Росатома, призванный осуществлять поддержку на международных рынках дочерних компаний Росатома по продвижению их продукции и услуг. Открытие дополнительных региональных центров мы сегодня не рассматриваем. О вопросе создания дополнительного офиса можно думать только в случае, если у нас появятся крупные проекты. Тогда в рамках регионального центра можно открыть дополнительный страновой офис. Вот, например, в Праге находится региональный центр по Центральной Европе, но при этом в Будапеште работает страновой офис, потому что там мы реализуем большой проект — «Пакш-2». Сейчас региональные центры Росатома покрывают практически все регионы мира, в соответствии с географией нашего присутствия, в самое ближайшее время новые открывать мы не планируем.